" />
 
Home arrow Fortifications of Belarus arrow Soviet fortifications arrow Stalin Line arrow Minsk Fortified Region  
Понедельник, 23 Октябрь 2017
Main Menu
Home
About Project
Fortifications of Belarus
Military History
Expeditions
Gallery
Forum
Library
Members
Contact Us
News
Sitemap
Links
Download
Random Image from our Gallery

Bulyisky OP
ПДОТ №106
Пулеметный ДОТ №106 Булыйского ОП Полоцкого УРа для двух пулеметных установоки НПС-3 периода постройки 1938-1939 гг. Сооружение не было полностью достроено, проведены лишь бетонные работы. На фотографии: технологические(?) отверстия в стене. Автор: В. Быков, февраль 2008
Случайная фотография из Галереи:

Сморгонь: перед парадом
Сморгонь: бивак в городском парке
Военно-историческая реконструкция ПМВ в Сморгони 10 сентября 2011, парад участников и бивак в городском парке. Фото: В. Тадра

Наши партнеры:

В подполье можно встретить только крыс... Print E-mail
User Rating: / 1
PoorBest 
Воскресенье, 15 Июль 2007
<< Start < Prev 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Next > End >>
Все молчали. — Товарищ майор, я прошу Вас сказать: в каких условиях может потребоваться работа одного только отсоса? Он мог не ответить. Мог даже оборвать меня. Сказать, что не на экзамен сюда приехал, а на проверку. Но он ответил: «Ну... например... если... гарнизон закурит и для удаления дыма включит отсос». Этим ответом он доказал мне, что он не вредитель, а невежда. Боюсь, что следствию «СМЕРШа», в руки которого он попал сразу же по возвращению из Минска в Москву, ему пришлось «сознаться» во вредительстве. Я высмеял майора и сказал: «Один отсос может быть включен, только когда из строя выйдет вентиляционная система. Но тогда будут открыты и двери, а люди будут работать у оружия в противогазах». Затем я подчеркнул, что искусственно снижать давление в сооружении, создавать вакуум в боевых отсеках, да еще и в условиях химического воздействия противника ни один разумный человек не станет. Сосать внутри помещений, через бетон, отравленный наружный воздух... Нет, такой проверки я не допущу. Действуем по инструкции. Измеряйте подпор!  Члены комиссии смущенно переглядывались. — Ну, давайте ваш измерительный прибор! — резко потребовал я. — У нас нет, — смущенно проговорил майор. — А у Вас? — обратился я к Шалаеву. Он смущенно развел руками. Этот безответственный мямля особенно меня возмущал. Ведь все эти измерения — это больше его работа, чем моя. — А Вы хоть видели этот прибор? — со злом спросил я. — Нет, не видел, — сознался он. — Старшина, дайте им свой! — приказал я. Старшина подошел с прибором. — Кто из членов комиссии может пользоваться этим прибором? Берите подключайте. Никто не шелохнулся. — Что, неужели никто не знает, как пользоваться прибором? Да как же вы осмелились, не зная дела, браться его проверять! Старшина, заметьте! Он подключил прибор. Я подошел, глянул — точно 45 мм, как и докладывал он мне. Видимо, явившись на сооружение раньше нас, он успел промерить. Я подозвал майора и членов комиссии. — Надеюсь, Вы хоть отсчет взять можете. И когда все убедились, что в сооружении подпор сверх отличного, я сказал, обращаясь к членам комиссии: «А теперь немедленно уезжайте из района боевых сооружений. Никаких проверок я с вами больше не произвожу ввиду вашей полной неквалифицированности». Гонор с майора как рукой сняло. Потом он понял, в какую опасную ситуацию попал, и пришел в полное отчаяние. Он упал перед Вишнеревским на колени, моля его как-то замять дело. Вишнеревский позвал меня для совета. Но что я мог посоветовать? Врать? Пойти на предложение майора: он напишет новый акт, в котором даст отличную оценку всему УР'у? А как же быть с арестами в Мозыре? Не сообщать туда о неквалифицированности комиссии? Пусть те, кого посадили, сидят? А как быть с Кириловым, который уже, конечно, знает от Черняева о том, что произошло на 25-ой точке? Я видел только один выход. Вишнеревскому написать начхим войск армии, что он отстранил комиссию от проверки, установив ее полную неквалифицированность. А майору посоветовать по приезде в Москву покаяться в том, что поехал проверять неподготовившись и по незнанию дела натворил ошибок. Не знаю, так ли поступил майор. Если даже и так, то это ему не помогло. Он и два члена его комиссии по возвращении были арестованы и дальнейшая их судьба мне не известна. Вскоре после этого пришла телеграмма прямо из Главного Управления Кадров: «Григоренко и Иванчихина (командира танкового батальона УР'а) командировать в Академию Генерального Штаба для держания испытаний». Вишнеревский, который после конфликта с московской комиссией особенно уверовал в меня, страшно расстроился. Объявив мне телеграмму, он впервые обратился ко мне по имени и отчеству: «Петр Григорьевич! А может Вы бы согласились еще хоть годик послужить со мной?» — Безусловно. Мне очень нравится моя должность, моя работа, отношения с руководством и вся обстановка. И больше того, я считаю для дела плохо, когда лишают человека возможности хорошо освоиться на должности. Вишнеревский послал телеграмму в Главное управление кадров с убедительной просьбой оставить меня хотя бы на год, в связи со сложностью обстановки в УР'е. Вместо ответа пришла телеграмма командующего войсками округа: «Вишнеревскому». Вы лично отвечаете за своевременное прибытие Григоренко в Академию Генерального Штаба для держания испытаний. Надеюсь, Вы понимаете, что отбор достойных кандидатов в эту академию есть важное государственное задание». Сейчас, вспоминая эту переписку, я иногда задаю себе вопрос: как бы пошла моя жизнь, если бы тогда ГУК удовлетворил просьбу Вишнеревского? Пошла ли бы она по пути Петрова, который занял мое место? Он человек довольно бесталанный, выпущенный из Военно-Инженерной Академии одновременно со мной, менее чем за три года совершил бурный служебный взлет. Вскоре после его вступления в должность на УР был посажен стрелковый корпус. Будучи начинжем УР'а он одновременно стал и корпусным инженером.

Прошло немного времени и на Минский УР села армия. Петров теперь начинж армии и УР'а. Но и это оказался не предел. Аресты так быстро расчищали дорогу уцелевшим, что вскоре он был назначен начинжем Белорусского Особого Военного округа, а затем и начинжем вооруженных сил СССР. Однако здесь долго не удержался. Жизненный поток унес его куда-то в неведомом мне направлении.  

{moscomment} 



Last Updated ( Воскресенье, 19 Август 2007 )
 
< Prev   Next >